Форумы


Kostanai.biz: полезные страницы :: Форумы :: Проза
<< Предыдущая тема | Следующая тема >>   

Рассказы

Переход на страницу   <<      
Автор Добавил
Masterov
Сб дек 29 2018, 12:58

ID пользователя #441
Зарегистрирован: Сб янв 19 2013, 01:39
Сообщений: 1911
Мамцис Эдуард
Берегите друзей.
Эту историю я услышал от своей мамы, когда заканчивал учёбу в школе. Суть её такова: в квартире пожилой, одинокой москвички раздался телефонный звонок. Женщина взяла трубку. Как обычно, она первой произнесла:
-Алло, слушаю Вас.
- Алло! – услышала в ответ.
- Да, да, слушаю Вас.
На том конце провода молчали, слышно было только дыхание. Она опять: «Алло, слушаю Вас, говорите».
Не дождавшись ответа, положила трубку на рычаг. Ровно через месяц было то же самое. И так повторялось почти три года. Каждый раз в один и тот же день раздавался звонок. Она уже ждала его и, если он задерживался немного, то начинала даже переживать. Дальше началась война. Четыре месяца звонки продолжались, а затем прекратились. Женщина начала волноваться. В голову приходили разные мысли: может, забрали на фронт, может, заболел. Иногда в ожидании звонка могла просиживать часами около аппарата, боялась, вдруг позвонят, а она не успеет подойти. Закончилась война, пришла долгожданная Победа. Звонка не было, но надежда ещё сохранялась. Может он в Чехословакии воюет, там то ещё бои продолжаются, может раненый в госпитале. С такими мыслями она так и не дождалась звонка.
Я, почему вспомнил об этом именно сейчас? Да потому что подобная история случилась и со мной.
Года четыре назад в «Одноклассниках» я получил приглашение дружить от некой Эльвиры Эрентраут. Обычно, перед тем как дать согласие пока неизвестному, я захожу на его страничку. Зашёл и на этот раз. На фото была красивая, солидная женщина в очках с золочёной оправой. Взгляд задумчивый, мудрый. Проживает в Германии, закончила технический ВУЗ в Казахстане. Среди друзей много карагандинцев. Получается – землячка. С удовольствием кликнул: «Дружить». Так у нас завязалась дружба. Она периодически писала отзывы на мои рассказы. Однажды прокомментировала фотографии на моей странице. Написала, что фото ей в основном понравились, но профессионализма в них не нашла. Я даже немного обиделся. Ответил, что я вообще-то не фотограф, а врач. В свою очередь периодически комментировал её стихи, а в основном – фотографии. Оказалось, что она увлечена этим – настоящий профессионал. Позже её работы стали появляться чаще и чаще. Дошло до того, что в обсуждениях приходилось отмечать по тридцать – сорок и даже больше каждый день. То дом с одной стороны, то этот же дом – с другой. То яблоко на столе, то два яблока на том же столе, то яблоко и лимон, то два лимона и два яблока, то яблоко и стакан, потом два яблока и стакан, потом, с графином. Дальше шли портреты девушек, музыкантов, мужчин с бородой и без бороды. Комментировали эти работы в основном Гурская и Ходасевич. Посылали смайлики или писали: «Шедевр», «великолепно» «замечательно», «здорово». Эти снимки и правда были замечательными, чувствовалась рука мастера. Интересная подсветка, правильно выбранный ракурс. Фотографии, конечно, содержательные и порой заставляли задуматься. К примеру: одинокий пожелтевший кленовый лист на голой ветке у меня ассоциировался с одиночеством и стремлением к жизни. Там, где запечатлен тот же лист на мокром асфальте – прощанием с жизнью и подписал бы его «Последний аккорд». В её стихах эта минорная тема частенько сохранялась. Ведь она тоже испытывала чувство одиночества, живя совершенно в чужой стране. Честно признаюсь, я не специалист в этом виде искусства, но от такого огромного количества работ, да ещё и ежедневно у меня была мысль взять и удалить её из друзей. А вот однажды я задумался, а куда пропали обсуждения работ Эльвиры? Хотел выйти на её страницу – пусто, посмотрел в интернете, тоже нет. Как говорят, пропала с экранов радара. Теперь каждый день думаю, что могло случиться? Может самой надоело этим заниматься? Так вряд ли. Может, заболела? Это вполне вероятно. Тогда почему в интернете ни слуху, ни духу? Особенно стыдно мне, что была мысль удалить её из друзей. Теперь вот совесть мучает. Каждый день заглядываю, не появилась ли она на просторах интернета. Пока глухо, но надежда сохраняется. О плохом думать не хочется. Хотя…
Наверх
Сайт
Masterov
Сб дек 29 2018, 12:59

ID пользователя #441
Зарегистрирован: Сб янв 19 2013, 01:39
Сообщений: 1911
Об удивительной стране
Странно, про Тайланд написал, про Цейлон, Китай, Турцию, Египет тоже, а вот про Израиль – ни слова, хотя за последние двадцать пять лет побывал в этой удивительной стране не менее двадцати раз. Бывало, летал туда и по два раза в год – весной и осенью.
Когда я впервые ступил на землю обетованную, то мне показалось, что я нахожусь не заграницей, а у себя дома. Все говорят по-русски, да и лица нашенские, родные. Я ещё тогда подумал, ведь они такие же израильтяне, как и москвичи – раз, два и обчелся: кто из Рязани, кто из Тамбова, Воронежа, кто из Твери, Смоленска, Украины, Грузии, Азербайджана. Вот только коренных трудно встретить. Я, к примеру, знаю Збруева и Ширвиндта.
Перед вылетом из Домодедово пассажиров нашего рейса собрали в стороне от остальных, затем зигзагами, по одному подходили к столику, где нас приветствовали молодые люди и начинали расспрашивать: были ли мы раньше в Израиле, с какой целью летим, есть ли там родственники, где они живут, будут ли нас встречать, кто собирал вещи, не просили ли нас передать подарки или письма, присутствовали ли мы при упаковке вещей и так далее. А сами смотрят в глаза – настоящие психологи. Затем, как обычно, паспортный контроль, таможенный, где к каждому билету приклеили марочку. После этого всех поместили в отдельный загон. Нескольких человек отвели в сторону для дополнительного осмотра. Оказывается, они вызвали подозрение и им вклеили особую марку. Тут же у них экспресс лаборатория, сканер, всё на месте. Вот так, всё строго. Поэтому за всю историю Израильской авиации не было ни одного случая террористического акта.
В дополнение к этой теме добавлю: лет шесть назад я созвонился с сыном моего однокурсника, который изъявил желание встретить нас в аэропорту Бен-Гурион. Когда я узнал, что он начальник службы безопасности этого аэропорта у меня созрела идея сделать хорошую фотографию. Я попросил его встретить нас у трапа. Думаю, буду выходить из самолета последним, затем скажу стюардессе, что забыл в кресле очки и спущусь по трапу, как это делают Великие, в одиночестве, приветствуя правой рукой, ну, хотя бы, как Брежнев. Моим мечтам не суждено было сбыться, так как никакого трапа там нет, все выходят по рукаву. Короче, как только люк самолета открыли, в салон зашел здоровенный детина под два метра ростом. На ремне у него справа - кобура, слева - наручники, а в руках - радиотелефон. Он указал рукой в нашу сторону (видно заранее выяснил в каком кресле мы летим) и скомандовал: «Мамцис, на выход!». Пассажиров с вещами как ветром сдуло, проход вмиг опустел, и мы с Олей спокойно прошли к выходной двери, тут же спустились по крутой железной лестнице, сели в полицейский джип с мигалкой и через пять минут подъехали к зданию аэровокзала. Уверен, что свидетели такой сцены до сих пор вспоминают и рассказывают друзьям о своём экстремальном полёте и гадают, каких же это преступников так встречали. Быстро прошли паспортный контроль, таможенный, потом подошла девочка и, глядя прямо в глаза начала расспрашивать: были ли мы раньше в Израиле, с какой целью приехали, будут ли нас встречать, кто собирал вещи и так далее. И это в присутствии своего непосредственного начальника. Тот мог бы сказать: «Ладно, я сам разберусь». Так нет, не положено.
Отправляясь в Хайфу электричкой, мы созвонились с племянником Даниелем. Он обещал нас встретить на вокзале. Ехали мы часа два. По дороге разговорились с девушкой и юношей в военной форме. Оказывается, они ехали на выходные тоже в Хайфу. При себе у них были автоматы. Они рассказали, что с оружием почти не расстаются, что раз в неделю на сутки предоставлены сами себе, а если такой возможности не предоставляется, то родители приезжают на сутки в часть и располагаются в отдельной комнате. Все стараются отслужить положенный срок, так как, во-первых, это престижно, во-вторых, они получат льготы при поступлении в ВУЗ и восемьдесят процентов скидки за учебу. Плюс ко всему, после службы могут съездить в любую страну мира и отдыхать месяц за счёт военного ведомства, наблюдаясь у психолога в течение года. Бросается в глаза, что военнослужащие мелькают всюду: в автобусах, магазинах, кафе, гуляют по улицам и все с автоматами. Так что у них особо не забалуешь. Полицейских практически не видно, но, если появляется необходимость, они моментально вырастают, как из-под земли.
Итак, за разговорами мы подъехали к Хайфе. При выходе с вокзала охранник попросил наши портфели поставить на стол. Проверил сначала нас, затем тщательно осмотрел содержимое ноши, пожелал счастливого отдыха, и мы вместе с ним вышли на крыльцо покурить. Чтобы не тратить время зря, решил перед дорогой зайти в туалет. Он любезно сопроводил меня обратно на перрон. Буквально через две минуты предложил поставить портфель на стол. Я говорю: «Ведь Вы только что осмотрели мои вещи». Он извинился, продолжая досмотр и добавил: « Так положено». Вот это да! Вот это бдительность! Продолжая эту тему, добавлю. Как то по дороге с пляжа мы зашли в магазин. Смотрю, а там написано по-русски: конфеты «Ласточка», «Буревестник», «Весна», колбаса «Столичная», «Докторская», «Краковская». Мы купили «Краковской», чтобы сравнить с нашей российской и пошли. Пройдя метров двести, я обнаружил, что в руках один пакет с этой «Краковской». А где плавки, сланцы, полотенце? Мы решили вернуться в магазин. К нашему удивлению полицейский заканчивал осмотр содержимого нашего пакета.
- Это Ваш пакет? - спросил он.
- Конечно, наш.
- Не оставляйте его больше без присмотра. Счастливого отдыха.
Вот и всё.
Как-то племянник пригласил нас поехать с ним на экскурсию, по старинным железным дорогам Израиля. У них так заведено, что в течение года каждый сотрудник университета восемь дней обязан посвятить экскурсиям по Израилю в рабочее время и бесплатно с целью ознакомления со страной. Мы согласились. В большущем автобусе собралось человек пятнадцать. Все знали, что мы гости из России, что я родной дядя Даниеля. У нас бы сказали: «Конечно, возьмём, какие вопросы, всё равно автобус почти пустой». А там не так. Какая разница дядя, тётя, брат, сестра, мама? Положено, купи путёвку, что племянник и сделал. В этой компании были и профессора, и академики, и токарь Саша, и уборщица. Я никак не мог запомнить кто из них кто, все были одинаковы, никто не кучковался, вели себя совершенно непринуждённо. Не то, что мой друг из Кустаная по скайпу рассказал мне, как он ездил на сорокалетний юбилей окончания медицинского института в Караганде. В институте его все знали, как отличного спортсмена, боксера, заядлого туриста, художника. А на встрече - ноль внимания. Даже один «деятель» предложил профессорам усесться за отдельный стол. Вот так тоже бывает.
Мой племянник работает в университете более двадцати лет и ежедневно проезжает через контрольный пункт по два раза в день. Охранник его хорошо знает, здоровается, называет по имени. Однако, каждый раз останавливает, заглядывает в салон, багажник и только после этого даёт добро на проезд. Мы тоже вместе с ним заезжали на территорию университета. Там у них три огромных бассейна. Сначала открывают один, если надо, открывают второй, затем третий. Есть и финская баня, и русская, и даже турецкая, есть и джакузи. Попарился, принял простой душ или душ Шарко и можешь прилечь на диванчик отдыхать под приятную музыку и шум водопада. Посещают бассейн и стар и млад, на лужайке можно позагорать. Студентам предоставлена библиотека, можно подготовиться к занятиям. Есть и столовая. Мы, к примеру, взяли шницель из индюшки и бокал апельсинового сока, заплатив нашими кровными сто рублей, а гарнир и салаты на выбор - бесплатно. Видели в бассейне и людей, которым трудно самостоятельно передвигаться. Для них есть специальное кресло, в которое их сажают и специальным краном переносят в воду. Вот это да! Такого я нигде не видел.
Как-то мы приехали к племяннику, погостили два дня и рано утром должны были отправиться на Мертвое море. Минута в минуту автобус подъехал, и мы отправились в путь. Подъезжая к Тель-Авиву нам объявили, чтобы мы пересели в автобус номер десять. На эту пересадку ушло не более двух минут. Убедившись, что все в сборе, гид дал отмашку, и мы двинулись в сторону моря. По пути в пустыне остановились на дозаправку. Посмотрели бы Вы, что строят в пустыне. Всё в граните и мраморе. Пропылесосили в салоне, протёрли стёкла, проверили давление в колесах, заправили баки. В это время я решил покурить. Отошел в сторону от гранита и мрамора и бросил окурок в пустыню. Сотрудник бензоколонки молча пошёл, поднял окурок и спокойно отнёс в урну. Я ждал, что сейчас сделает замечание, а он, как ни в чём не бывало, продолжил выполнять свои обязанности. Было желание подойти к нему и попросить, чтобы отругал, как следует. Мы к такому не привыкли, не приучены. В итоге добрались до места. Нас всех развезли по отелям. Мы поселились, как обычно, в «Оазисе». Нам нравится этот отель. Во-первых, прямо на берегу моря, уютные номера, приветливый персонал. Всех прибывших осматривает врач и даёт рекомендации. Осмотрев меня, дал заключение: «Вам я советую приятного отдыха, а Вашей жене желательно провести курс массажа, но лучше всего это сделать дома, так как здесь всё дорого». Никто там, оказывается, никого не разводит. В нашей путёвке предполагалось двухразовое питание: завтрак и ужин. И этого вполне хватало, так как утром или вечером не возбранялось взять с собой, что приглянулось: мясо, голубцы, сыр, йогурт, сметану, булочку. Для удобства принесут еще и одноразовую посуду и помогут упаковать. Как-то мы подошли за мясом. Повар в накрахмаленной куртке и очень высоким колпаком отрезал от большущего куска говядины дольки до тех пор, пока не скажешь: «хватит». Как только отрезал три кусочка, я ему сказал: «Всё, хватит, это оставь себе, а мне давай тот кусок». «А мне не жалко, пожалуйста» и стал двигать эту глыбу в мою сторону. Мы оба рассмеялись. Вот это сервис! Оказывается, понимает шутки. На второй день нашего пребывания пошли в магазин, купили две бутылки хорошего вина, чтобы наш номер был укомплектован. Продавец, узнав, что мы из России, достал с витрины два фужера и посоветовал разок махнуть и за Израиль. Мелочь, а приятно. За столом мы познакомились с местными Мишей и Радой, которые приехали своим ходом на отдых всего на три дня. Пригласили нас в ресторан на обед отведать шаурму. Мы переглянулись и отказались от такого «заманчивого» предложения. «Да вы что? Не бойтесь, у нас шаурма, так шаурма». Мы поверили и согласились. О результате писать не обязательно. Прошло лет пять и как видите, жив, здоров.
Через три дня к нам привезли двадцать детей с родителями из Палестины. Им предстояла двухнедельная реабилитация. Оказывается, им в Израиле вшили чипы новейшего образца и восстановили слух. И всё это бесплатно. Отдыхали там и сорок пожилых слепых израильтян. Им устроили показ мод, каждая старушка была с сопровождающим, который рассказывал о происходящем на подиуме. Потом - распродажа. И эти старушки щупали кофточки, юбочки, прикладывали к себе, покупали, радовались, обменивались впечатлениями. Я удивлялся и вспоминал нашенских сидящих на скамейке у подъезда. Ну, ладно, сейчас не об этом.
На обратном пути мы также доехали сначала до Тель-Авива, затем пересели в другой автобус и двинулись в сторону Хайфы. Ольга расположилась у окна, я рядом с ней. С другой стороны прохода сидели маленький старичок лет восьмидесяти с лишним и у окна - его жена – грузная, с крупными чертами лица. Уже стемнело. Неожиданно она спросила: «Где мы едем?». Тут наступила небольшая пауза, а я возьми и ляпни: «Следующая – площадь Дзержинского». Видели бы вы в тот момент эту женщину! Она сразу посерьёзнела, крупная нижняя челюсть выдвинулась вперёд, глаза застыли в одной точке. Она взяла ладонь мужа, приподняла немного и резко опустила на его же бедро «молчи мол, ни слова». Видно не очень любит она нашего Феликса. А я возьми, да продолжи эту тему: «Хорошо тут у них в Израиле, обращаясь вроде бы к Оле. Допустим, нарушил человек закон, его можно взять и отправить на прежнее место жительства на месяц, а то и на два. А если тяжкое преступление, то и на пожизненно». Эта грузная женщина не усидела в кресле, встала и устроилась, стоя на ступеньке, прямо у выходной двери. Когда автобус остановился, она выскочила на улицу и после этого двери распахнулись полностью. Мужичок же вышел с достоинством, не торопясь. Думаю, дома он получил своё за такую медлительность.
Пока писал, вспомнил ещё одну историю. Как то мы купили путевки на три недели с индивидуальным гидом, чтобы разглядеть всё не торопясь. Побыли на Мёртвом море десять дней, затем в Эйлате пять дней и наконец, три дня в Иерусалиме. Как всегда, три дня погостили у племянника. Так вот, обычно в Иерусалиме народу – не протолкнуться, а здесь попали на пятницу и субботу. Мы целые сутки были предоставлены сами себе. Даже лифты в это время в городе не работают – не положено по законам Шабата. Вечером решили прогуляться. Прошлись до Стены Плача – ни одной души. Вдруг сзади услышали крик: «Подождите минутку, подождите!». Смотрим, бежит к нам парень лет двадцати пяти. Подбежал запыхавшись, повернулся в обратную сторону и стал кричать:
- «Катя, Катя, нашёл, нашёл людей!»
- «А что случилось?»
-«Не подскажите, как найти такси, мы не знаем, как добраться до нашего отеля, заблудились, и спросить не у кого, второй час бегаю туда – сюда».
Мы ему объяснили, что мы тоже приезжие и ничем помочь не можем.
- «Катя, Катя, я сейчас» - и побежал обратно.
Вот такой он – Шабат. Всё строго. А когда был День памяти и зазвучала сирена, мы были в море. Не поверите, все встали, кто на берегу, кто в воде, замерли стоя, и ждали, пока сирена не прекратится.
Итак, наш отдых подходил к завершению. Узнав об этом, Миша и Рада любезно предложили отвезти нас в аэропорт. Отказываться было бесполезно, они даже не предложили, а настояли, хотя расстояние более 200 километров. И так как до отлёта оставалось пять часов, они завели нас в арабский ресторан в городе Яффа. Об этом ресторане тоже можно было бы написать, уж очень он своеобразный. Недаром его посещают сотни человек одновременно, но я не стану этого делать. Предлагаю вам самим съездить в эту прекрасную интересную страну, посетить удивительный арабский ресторан и тогда Вы сами во всём убедитесь. Уверен, не пожалеете.

Наверх
Сайт
Masterov
Сб дек 29 2018, 01:01

ID пользователя #441
Зарегистрирован: Сб янв 19 2013, 01:39
Сообщений: 1911
Мамцис Эдуард

За огромным старинным столом в своём рабочем кабинете восседал ректор университета Андрей Павлович Волокитин. На вид ему было лет пятьдесят, широкоплечий, с борцовской короткой шеей, прекрасной шевелюрой, через которую заметно пробивалась седина, и лопухастыми ушами. Он восседал в огромном кресле и рылся в бумагах. Написав на листочке номер телефона, пошёл к своей секретарше. Оказывается, он вовсе не сидел в кресле, а стоял около стола. Это было неожиданно. Теперь он был похож на карлика – метр с кепкой. «Леночка, соедини меня по прямому проводу». Не успел вернуться к столу, как зазвонил телефон.
- Алло! Привет, свояк. Сколько лет, сколько зим.
- Здорово, Андрюха. Как жизнь молодая?
- Твоими бы молитвами. Надо бы как-то посидеть, хоть за чашкой чая.
- Когда? Весь в работе. Это чёртова оптимизация, стимуляция, минетизация, не на кого положиться, понимаешь? Одни дебилы, да ещё ничего не хотят делать. Этого прислали оттуда, этого – отсюда. Как не принять? Да ещё подавай руководящую должность. А я же не двужильный тянуть такую лямку, самому скоро полтинник.
- А у меня что, не такая разве картина? Этот - от Иван Ивановича, этот от – Иван Петровича, ну, что там говорить, сам знаешь. И деваться некуда. Приходиться всё на своём горбу. Да, я чего звоню-то? Мой Витька-то закончил с красным дипломом филологический. Ты же знаешь, он и боксёр хороший. Так вот. Планировал в депутаты податься. Уже все слова наизусть выучил.
- Какие слова?
- Ну, как у них там? Мажоритарный, муниципальный, региональный, федеральный, консенсус, инвестиционный, фьючерс, контекст, базовая пенсия, ментальность, позитивный, негативный, волатильность, одномандатный, ну ещё два – три десятка таких слов. Короче, чтоб вписаться в депутатскую когорту. Теперь взял и передумал. «Нет, батя, лучше я в медицину подамся. Депутатам сейчас небезопасно. Это раньше отмахаться можно было. Сейчас новые технологии настали. Не грохнут, так посадят». А ведь прав, он у меня умница. Недавно защитился. Тема какая? Сейчас скажу, у меня здесь где-то записано. Вот, слушай. «Роль ненормативной лексики в победе русских войск над ливонскими войсками (немецкими и датскими рыцарями, солдатами эстами и чудью) в тысяча двести сорок втором году на Чудском озере»».
- Так давай его к нам, в министерство. Поработает для начала начальником управления, а там … видно будет. Нам толковые, да ещё остепенённые нужны. Работа хорошая, главное – творческая. Будет заниматься маркетингом по усовершенствованию нормативных документов, всяких отчётностей, справок, листков нетрудоспособности. Он у тебя с фантазией, справится. А мой-то, слыхал?
- Ну да, закончил с отличием медицинский.
- Да ты что? Когда это было? В позапрошлом году. Вот видишь, сколько мы с тобой не виделись? Он у меня тоже защитился. Говорят, диссертация почти на докторскую потянет. Тема какая? Слушай. «Влияние самцов с врождённым косоглазием и приобретённым целлюлитом на рождаемость лягушек с плоскостопием в пригородах Якутска в весенне-летний период на фоне экономического кризиса и ужесточения санкций Евросоюза».
- Молодец, тема актуальная. Станем мы с тобой старенькими, будет нас лечить, не дай Бог, конечно.
- Что не дай Бог?
- Я говорю, не дай Бог болеть, лучше уж здоровеньким, как говорится, умереть.
И Андрей Палыч постучал по столу трижды.
Прошло три месяца. Волокитин младший вкалывал на полную катушку. Чувствовалась не только спортивная подготовка, но и теоретические знания, полученные при неоднократном прочтении своей диссертации. Сначала была идея поставить везде видеокамеры. Потом необходимость в них отпала, так как появились добровольцы, желающие периодически докладывать обо всём происходящем в дружном коллективе. Определились сотрудники, имеющие тесные связи и с правоохранительными органами, и с банковским сектором. Короче, не зря папаня рекомендовал своего сыночка, как толкового и предприимчивого. Поначалу, уже не Витя, а Виктор Андреевич решил модернизировать листки нетрудоспособности. Не понравился ему голубоватый цвет. Намёк какой-то неприличный. Хоть голубой сейчас и в тренде, как говорят, но лучше подальше от намёков. Сделаем нейтральный, решил он – белый. За такую идею проголосовали, правда, не все, однако, решение было принято. Работа закипела. Один отдел занимался перечислением финансов из бюджетных средств через банки в типографию Гознака. Второй отдел готовил инструкции по утилизации устаревших бланков больничных листов. Третий – оформлял бланки отчётности по утилизации непригодных к употреблению листов нетрудоспособности. Четвертый – бланки отчётности о проведении инструктажа, ознакомлении с правилами заполнения больничных листов с указанием времени проведения, количества присутствующих на семинаре, возраста, стажа работы и специальности. Пятый - занимался переводом денег из федерального бюджета через банки России на счета почты России за пересылку этих бланков. В общем, Виктор Андреевич всех завалил работой. Но он не останавливался на достигнутом, как говорят, не почивал на лаврах. В голове созрела новая идея. Учитывая требования инновации и модернизации, учитывая данные министра здравоохранения о снижении заболеваемости в стране и времени пребывания в стационарах, решил, что четыре строчки для указания срока нетрудоспособности многовато, хватит и трёх. И вновь закипела работа. Опять деньги через банки в типографию, почту России, новые бланки отчётности, решение проблемы утилизации. Но Виктор Андреевич вошёл в раж. Работа продолжала кипеть. Нельзя же сидеть, сложа руки. Сейчас, конечно, он не мог вспомнить, кто сказал, что труд облагораживает человека и продолжал творить в силу своих физических способностей. Теперь в новых листках нетрудоспособности надо было указывать код лечебного учреждения, код врача, код заболевания, фамилия, имя, отчество писать полностью и разборчиво. Но нельзя же признаться, что инновация и модернизация закончены. Не дай Бог скажут: раз так, то в результате оптимизации упраздняем ваше управление. Поэтому Виктор Андреевич дал распоряжение упорядочить форму учёта деятельности муниципальных, региональных и федеральных медицинских учреждений в журналах.
1. Журнал для учёта граждан, обратившихся за медицинской помощью в муниципальные, региональные и федеральные учреждения с указанием фамилии, имени, отчества, адреса и возраста.
2. Журнал для учёта граждан, обратившихся в муниципальные, региональные, федеральные медицинские учреждения, которым была оказана помощь с указанием адреса, возраста обратившегося и врача, также с указанием его адреса, специальности.
3. Журнал для учёта журналов, переданных в региональные, федеральные, муниципальные архивы на хранение.
4. Журнал для учёта больных, находящихся на диспансерном учёте с сердечно-сосудистыми заболеваниями с указание фамилии, имени, отчества, возраста, адреса самого больного и лечащего врача и датой постановки на учёт.
5. Журнал для учёта больных, находящихся на диспансерном учёте с заболеванием лёгких, с указанием фамилии, имени и отчества, адреса, возраста и датой постановки на учёт.
6. Журнал для учёта больных, состоящих на учё…
Стоп!!! У меня что-то с головой, надо бы давление померить, видно, зашкаливает. Потом допишу. Голова кругом ходит, даже от перечисления этих глупостей. Вы уж извините меня.
Ну, вот, можно теперь дописать. Три дня прошло, и я опять, как огурчик. Пока лежал, всё думал, ведь какие резервы у нас не используются. Смотрите, в нашей стране, много талантливых поэтов и прозаиков. Пишут, стараются, а дальше…. Дальше, всё под сукно. У людей нет свободных средств напечататься, даже в местных газетах, не говорю уж о книжных изданиях. Буквально лет двадцать назад в нашем тверском отделении Союза писателей России при Е.И. Борисове было своё издательство, там за счёт государства издавались книги не только членов Союза писателей России, но и начинающих авторов. В газетах с удовольствием печатали стихи, прозу местных умельцев, даже гонорары платили. Член Союза писателей России запросто мог зайти к секретарю обкома партии, мог съездить на отдых в Переделкино. Сейчас, конечно, тоже можно съездить туда, но придётся снимать жилье у частника или номер в гостинице, можно и в доме колхозника и пожить рядом с санаторием. Я к чему это веду? А почему бы этих поэтов и писателей не привлечь к благому делу. Ведь все равно пишут впустую. Так не лучше ли им заняться оформлением тех журналов от Минздрава. Пусть заполняют амбулаторные карты, истории болезни. Ведь у врачей практически не остаётся времени на больного после оформления этих никому не нужных бумаг. К ним можно ещё подключить любителей строчить жалобы. На них все равно никто не обращает внимание. Хоть опишись. Это раньше на каждую жалобу или критическую статью в течение нескольких дней обязаны были и давали ответ. Помните? «На ваше заявление или жалобу отвечаем: приняты меры...» или «… ведётся проверка, такой-то снят с занимаемой должности». А сейчас…пиши сколько угодно, хоть в Гаагу, хоть в Ватикан. Везде глухо как в танке.
Вот и всё. Остаётся только ждать и надеяться, что моим предложением заинтересуются и писатели, и жалобщики, и, особенно, в Минздраве.
Наверх
Сайт
Masterov
Сб дек 29 2018, 01:03

ID пользователя #441
Зарегистрирован: Сб янв 19 2013, 01:39
Сообщений: 1911
Мамцис Эдуард
Памятка туриста
Хорошо, что раньше пели песни с внятным текстом. Они и запомнились на всю жизнь. Сначала я посетил Кубу, вспомнив куплет:
Куба-любовь моя!
Остров зари багровой …
Песня летит над планетой, звеня:
Куба-любовь моя!
Помните? Песню про Кубу исполнял не какой-то вечно орущий Лепс или компьютерные звёзды эстрады, а Муслим Магомаев. Так вот, я решил посетить остров Свободы. Было это сразу после дефолта, в самом конце прошлого века. Летел прямым рейсом Москва – Гавана двенадцать часов. Прилетел. Меня встретил водитель такси, и мы поехали по столице в сторону отеля. Первое впечатление было, что едем мы по Твери шестидесятых годов. Какие только автомашины не попадались нам навстречу: «Москвичи- 403, 407, 412», «Волги- 21», «Победы», трактора «Беларусь», ГАЗ, МАЗ… и все в удручающем состоянии. Встречались и американские машины. Я не знаю их марки, но по их состоянию можно было догадаться, что им не менее пятидесяти – шестидесяти лет.
Отель шикарный, всё включено – «all inclusive». Чего ещё надо? Пляж великолепный, море тёплое, солнце. В ресторане, в метрах трёх от моего столика, был шланг с пистолетом, на котором было кнопок десять. Нажмёшь на одну – потечёт пиво, на другую – вино, третью – коньяк и так далее. Смотрю, официант подносит в фужерах вино за один столик, за другой, а меня, вроде, и не замечает. Дня три мне пришлось топать эти три метра самому. И тут до меня дошло. Я подозвал этого кубинца, дал ему пять долларов, и все вопросы были решены.
Сначала я думал, что уж россиян-то точно считают братьями, уверен был, что у нас с ними взаимная любовь. Должны же помнить, как наши солдатики рубили тростник, а они в это время пели, плясали, так как отмечали праздник урожая девять месяцев в году. Оказывается, не совсем так. Сижу я на валуне у самой воды. Подходят ко мне три парня из обслуги – холёные, сбитые, крепкие, лоснящиеся и спрашивают:
- Ингланд?
- Ноу, - признался я.
- Франсэ?
- Ноу.
- Итальяно?
- Ноу.
Мне надоело это перечисление, и я выпалил:
- Раша! Раша!
Они опять:
- Испаньола?
- Ельцин! Горбачёв!
- Оу, - вроде бы обрадовались они, - товарищ!
- Какой я тебе товарищ, я старше тебя раза в три, нашёлся мне товарищ.
Сделав серьёзное выражение лица, скомандовал:
-Махито!
Через минуту коктейль быль у меня в руках.
На пляже познакомился с Бориславом из Канады. Он со своей женой приехал отдохнуть на пятнадцать дней. Говорит: «Последние годы только сюда и наведываемся. Это нас не напрягает. Я получаю четыре тысячи долларов пенсию, а жена (она никогда и нигде не работала) – две тысячи. Вот так».
Каждое утро мы с ним делали променаж по три километра то в одну сторону, то в другую. Он рассказал мне, как двадцать пять лет назад покинул Югославию и обосновался в Северной Америке.
Однажды мы наблюдали, как в метрах пятидесяти от берега пятеро кубинцев ныряли постоянно в одном и том же месте. Оказалось, они ищут утерянные кольца, серёжки. И находят же. Мы в этом убедились и не раз. Ежедневно на пляже трудились уборщики. Было их человек десять. Все в возрасте, кахексичные, изможденные. Они собирали бумажки, окурки как в замедленной съёмке. Поднимет окурок, постоит и потихоньку идёт к прицепу трактора «Беларусь». «Социализм!» - сделал заключение Борислав.
Я предложил ему съездить в Гавану. Он отказался: « Я несколько раз там был, больше не хочу».
Ну как побывать на Кубе и не посетить столицу? Поехал на такси. Машина явно была американская. Одно переднее крыло, закреплённое проволокой, было не менее двух с половиной метров длиной. Он привёз меня в самый центр. Посреди площади стоял памятник – какой-то мужчина без кепки. За спиной у него был небольшой рынок, где можно было приобрести сувениры. Кусок коралла – пятнадцать долларов, поделка из кокоса – десять. И это при средней зарплате пять долларов в месяц. И торговаться-то не хотят – ни цента меньше. Всё-таки я купил несколько сувениров, не с пустыми же руками возвращаться.
Был на этой площади настоящий рикша. За пять долларов он возил на благоустроенной тележке с навесом всех желающих. Я решил прокатиться и сделать снимок на память. Сел на мягкое сиденье, откинулся на спинку, положил ногу на ногу, не забыл надеть тёмные очки, соломенную шляпу, а в зубы – большую сигару. Попросил одного иностранца щёлкнуть пару раз на мою «мыльницу», и мы поехали. Через десять минут он привёз меня опять на площадь. Пока ехали по очень узким улочкам, бросались в глаза обветшалые здания, мусор и вообще всюду был очень неприглядный вид. Больше там нечего было делать. Я забрал свой фотоаппарат, нашёл такси, и двинулись мы в обратную сторону. Посмотрел, пять сувениров на месте, а вместо фотоаппарата – остаток аккуратно срезанного ремешочка. Вот чего мне было жаль, так это плёнку с рикшей.
Был я и на знаменитой табачной фабрике. Отличное помещение. Все работники в одинаковых спецовках. Каждый трудится за своим столом и скручивает знаменитые на весь мир сигары. Оказывается, дело это не простое. Надо умело подобрать соответствующий лист, рассчитать, как правильно его обрезать, как скрутить, зафиксировать и упаковать. Были там и небольшие сигары: десять штук за тысячу долларов. Я купил три штуки по пять долларов. Когда приехали в отель, решил пофорсить. Сел на приглянувшийся валун у воды и с видом завсегдатая начал пускать дым кольцами. Тут же подтянулись местные ребята, поинтересовались ценой. Узнав, что за каждую сигару я выложил по пять долларов, предложили достать большие, очень хорошие сигары и даже показали фирменную деревянную коробку, в которой умещается аж двадцать штук и всего за пятьдесят долларов. Я согласился. Перед самым отъездом они вручили мне её в полном комплекте. Ну, думаю, вот и сувениры друзьям готовы. Вроде недорого и приятно. Когда мы с другом попробовали продегустировать содержимое красивой коробки, то почувствовали в квартире не запах, а даже, простите меня, вонь, выкинули эти пятьдесят долларов не в мусорное ведро, а прямо на помойку. Вероятнее всего эти сигары были скручены не из табачного листа, а бананового. Вот так. Кубинцы, оказывается, от нас не отстают, а может даже обогнали в таких делах. Ладно, не будем о плохом.
Каждый день к нам в отель приезжали с концертом артисты. Всё это напоминало всеми забытую сейчас нашу больничную самодеятельность: пели, плясали, жонглировали шариками, булавами с огнём. Но я не об этом. Зрителей со всего отеля собралось не более двадцати-тридцати человек, и все разместились в амфитеатре. Я сел повыше, в стороне от других. Гладко выбрит, светлые брюки, красная фирменная безрукавка, на шее не цепочка, а цепь, оставшаяся с девяностых годов и именной перстень. Внизу сидели четыре кубинки, видно тренеры этих артистов. Вдруг одна из них повернула голову в мою сторону и улыбнулась. Я, как бывший зубной техник, сначала обратил внимание на её зубы: ровные-ровные, как на картинке, белые-белые, как у Домогарова или Нагиева, да ещё на почти черном фоне. Личико милое, кожа бархатная. Бывают же кубинки уж очень красивые. Через пару минут она снова повернулась в мою сторону и вдобавок кивнула головой. Я обалдел, но успел тоже кивнуть в ответ. Смотрю, она поднимается с кресла и идёт ко мне. Села, положила свою нежную ручку мне на колено и спросила:
-Хау намба рум?*
-Фо хандрид туэнти фри**, - ответил я.
- Окей, - сказала она и улыбнулась.
Вот сколько лет ей было, не могу сказать точно. Ну, где-то в районе от девятнадцати до двадцати двух. Затем она взяла меня за руку, и мы пошли к барной стойке. Бармену я с видом завсегдатая заказал коньяк. А чего мелочиться, у меня всё включено. Он поставил целую бутылку на столик, жестом спросил открывать её или с собой возьмем. Я ему на том же языке показал, чтобы открыл. Только он налил нам по чуть-чуть, сзади подошла почему-то рыжая кубинка уже под сорок лет с лишнем, улыбнулась и сказала: «Ит из май гёрл. Экскьюз ми». Взяла за руку эту девочку и увела обратно. Прямо как на рыбалке – сорвалась с крючка. Ладно, думаю. Всё что ни делается – всё к лучшему. И тут я вспомнил эту рыжую хозяйку. Уж больно она нестандартная. Сзади у неё ниже поясницы под юбкой были, как будто спрятаны две половины большого арбуза, а на груди – половинки поменьше. Вот это да! Вот это Куба! Я досматривать концерт не стал, пошёл на море охладиться.
Прошло дня четыре, смотрю, опять эта бригада наведалась. Я сел на прежнее место. Красавица меня сразу узнала, поздоровалась, кивнув головой, и улыбнулась. Я ещё подумал, может, издевается? Нет, она опять садится рядом, опять кладёт ручку мне на колено и говорит: « Фо хандрид твенти фри. Окей». В ответ я кивнул головой, встал и пошёл в свой номер. Прилёг на кровать и задумался, а не подвох ли это? Вдруг заявятся полицейские, спросят, что я здесь делаю с иностранкой? А вдруг ей нет восемнадцати? Тогда вообще хана. И сидел бы я среди бамбука всеми забытый до сих пор. Тем более, что тогда ни Лаврова, ни Шойгу не было. И надеяться не на кого. А потом, зачем мне всё это нужно, переживай потом. Я же ничего о ней не знаю, даже как звать не спросил. Нет, не нужны мне лишние хлопоты. Не открою и всё. Вроде меня нет в номере. Всё, однозначно не пущу. Полежал, боясь кашлянуть. Встал, повесил бейсболку на ручку двери, чтобы через замочную скважину меня не обнаружила. Опять прилёг. Встал, задвинул до конца шторы. Посмотрел, немного отодвинув последнюю – никого. Автобус артистов пустой. Опять полежал, опять посмотрел и так несколько раз. Наконец, уж больно долгожданная радость настала. Площадка перед отелем опустела. На душе сразу отлегло. В таком приподнятом, хорошем настроение и закончились дни моего отдыха на острове Свободы.

Мексика.
Как-то мы с Олей решали, куда бы нам ещё смотаться в отпуск. В Азии были, в Европе тоже, в Африке были, а вот на американском континенте – ни разу. Решили заполнить этот пробел и полетели в Мексику на две недели. Только в полёте нам рассказали, что этот прямой рейс всего лишь второй по счёту за всю историю авиасообщения. Толпа местных собралась приветствовать нас. Интересно, вероятно, им было стать свидетелями такого события. По прибытии в отель, сопровождающий нас местный товарищ сообщил, что встреча с гидом состоится через два часа в холле отеля. Обычно во всех странах гиды вместо того, чтобы объяснить что, где, когда и как, сразу начинают втюхивать туристические путевки. Боясь, что не хватит на всех, люди покупают по нескольку сразу. А как же не брать, когда одна поездка единственная в мире, другая – лучшая в мире, эта – уникальная, эта – незабываемая. Но мы-то воробьи стреляные. Ждем, когда начнут делиться впечатлениями на пляже. Одни москвичи рассказали о поездке в саванны, где им обещали пообщаться с дикими львами и тиграми. Так вот, рассказывали они с возмущением: «Приехали мы в степь, нас подвели к двум клеткам. В одной толкался зачуханный лев, в другой – тигр. А мы у себя в Москве могли смотреть на этих хищников, свободно гуляющих по вольеру, хоть весь день и бесплатно, а здесь ещё по сто двадцать долларов с носа сняли».
Другие вернулись с майянских бань и тоже возмущались. Приехали они группой из сорока человек. Их подвели к бане, предложили заходить париться по два человека. Сама баня была похожа на шалаш в Разливе. В середине его на полу тлели угли. Внутри этого сооружения было намного теплее, чем на улице. Первые смельчаки – первопроходцы «попарились» минут пять и вышли. Затем пошли следующие. Через два часа «попарились» последние. Вот, если бы некоторые товарищи не отказались бы от этого удовольствия, то процедура бы затянулась на все четыре часа. Довольные тем, что все так быстро завершилось, туристы вернулись в отель, а солнце к этому времени зашло за горизонт. Так завершился у них один день отдыха, который обошёлся по сто двадцать долларов каждому.
Вот что мы твердо решили, так это побывать на майянских пирамидах. Ну, как можно быть в Мексике и не полюбоваться одним из семи чудес света. Поехали. Постараюсь описать эту пирамиду. Высота её метров двадцать – двадцать пять. Напоминает наш мавзолей. Сложена из больших блоков, похожих на фундаментные, которые производит наш домостроительный комбинат. Пирамида огорожена верёвкой, так что любоваться этим сооружением можно было на расстоянии не ближе двадцати метров. Верхний блок в виде куба, на каждой стороне которого по одному окошку. Но самое главное, это то, что если хлопнуть в ладоши, то оттуда чётко раздаётся «кря-кря». Я убедился в этом дважды. Не исключено, что кто-то рядом с мобильника регулировал это кряканье, а до изобретения А.С. Поповым радио, там сидел какой-нибудь майянский товарищ и крякал. Вот чем мне запомнилась эта экскурсия, это тем, что в нашем присутствии один любопытный парень неожиданно прогнулся под веревкой и побежал по лестнице к этому кубу с окошками. Через минуту за ним потянулись два полицейских и под ручки спустили его вниз, а затем увели в неизвестном направлении. Вот это было интереснее всего. Все присутствующие снимали это событие на мобильники и видеокамеры.
Перед отъездом мы приватизировали в ресторане три головки чеснока, точнее три головы, так как были они с мой кулак. «Приедем домой, посадим его, выкопаем, размножим, и оправдаем эту дорогущую путёвку». Однако нашим планам не суждено было сбыться. Вырасти то, он вырос, но, к сожалению, такой же, как наш местный. Видно корни у него были российские. Так что, когда будете в Мексике не воруйте чеснок, не советую, так как нет никакого смысла.
Сейшелы.
Прошло много лет, как я отдыхал на Канарах. Сижу в компании, делюсь впечатлениями об островах Тенериф и Гомера. А мне говорят: «Ну, что Канары, вот побывать на Сейшелах – это круто». И я, дождавшись отпуска, двинулся в дальний путь. Поделюсь воспоминаниями.
Летели двенадцать часов. Пролетая над экватором, всем пассажирам вручили по бумажке, похожей на рекламу стальных дверей и пластиковых окон, в которой было написано, что мы совершили перелёт в другое полушарие Земли.
Привезли в отель. Море, пляж, тепло, как в Египте или той же Турции. Обзорная экскурсия по острову. Минут через тридцать автобус остановился на два часа у берега океана. Песок здесь белого цвета. Накупались, позагорали. Заехали в столицу Александрию. Что мне хорошо запомнилось, это то, что там всего лишь один светофор. Для того, чтобы рассказ был поувесистей, опишу его. Труба диаметром сантиметров десять, высотой два с половиной метра, выкрашенная серой краской. Сверху сам светофор. Вверху красный фонарь, внизу – зелёный, а между ними оранжевый и они поочередно загораются. Вот вроде и всё. Да, чуть не забыл. Это единственный остров в мире, где растут уникальные кокосы, по форме один в один, как таз у рыжей кубинки. Сначала я планировал купить штук пять, как сувениры, но потом, узнав, что каждый стоит двести долларов, интерес к ним пропал. К сожалению, больше вспомнить не о чем. Да, чуть не забыл о самом главном. Двое туристов рассказывали, что видели самого Абрамовича, катающегося по кругу на велосипеде в окружении двадцати охранников с автоматами.
Доминикана
Побывали мы и на Антильских островах в республике Эспаньола. Естественно, от общения с тиграми и львами в саванне мы отказались сразу, а вот в деревенскую глубинку съездили. Там нам показали, как растет ваниль, сахарный тростник, кофе, какао. Море, пляж, отель, питание, как и везде. Вот только вино и шампанское очень понравились. Если бы вы хоть немного отведали бы этого шампанского, нашего больше никогда бы в жизни в рот не взяли – компот с газом. Больше вспомнить ничего не могу.
Наверх
Сайт
Masterov
Сб дек 29 2018, 01:05

ID пользователя #441
Зарегистрирован: Сб янв 19 2013, 01:39
Сообщений: 1911
История болезни 2017 Российского здравоохранения
Мамцис Эдуард
История болезни №2017
Российского здравоохранения (Москва не имеется в виду)

Жалобы на:

1.Нарушение конституционных прав граждан на бесплатное медицинское обслуживание.


2.Сокращение медицинского персонала, ликвидацию многочисленных фельдшерско-акушерских пунктов, участковых больниц, санитарно-просветительских учреждений.


3.Сокращение доступности лекарственных препаратов для льготной категории граждан.


4.Чрезмерную отчетность или бумажную волокиту.


5.Засилье рекламы лекарств и различных медицинских приборов для самолечения.


6.Нищенскую зарплату медицинским работникам.


Anamnesis morbi (История заболевания).

Основные признаки заболевания появились в начале девяностых годов прошлого века и совпадают с началом реформирования устоявшейся системы здравоохранения, которая была признанной одной из лучшей в мире.

Здесь я позволю небольшое отступление. В 1973 году с дипломом врача я явился устраиваться на работу в горздрав тогда еще города Калинина. В горздраве трудились всего четыре человека и занимали они два кабинета в здании горисполкома. Меня направили в одну из лучших больниц города хирургом в стационар. Отделение было рассчитано на 80 коек. На его базе квартировала кафедра госпитальной хирургии медицинского института. Заведующая отделением была участницей Великой Отечественной войны и к зарплате ей прибавляли 10 рублей за заведование. Главный врач получал прибавку намного больше – все 50. У него был заместитель по поликлинической работе, который одновременно заведовал одной из поликлиник, заместитель по стационару или начмед, заместитель по экспертизе и завхоз. Вот и все. Я помню, как с завхозом ездил в Москву получать какое-то оборудование, и главврач попросил привести палку вареной колбасы. Просьбу мы выполнили, а как ее свеженькую передать? Дом-то, в котором главный жил завхоз знал, а вот в какой квартире… Мы зашли со двора пятиэтажки, сложили ладони трубочкой и на счет три стали кричать: «Андреееей Андреееич!». Наконец тот высунулся в окно, и операция передачи закончилась успешно. Могу добавить, эта колбаса была калининского мясокомбината.

Вернемся к теме. Регулярно проводились научно-практические, патологоанатомические конференции. Ни у кого из нас и в мыслях не было сказать больному или родственникам, что нужно приобрести лекарства для сохранения жизни больному. Лекарств хватало всем и даже с избытком: кровь, плазма, лейкоцитарная, тромбоцитарная масса – буквально всё было и всегда. И ни с кем согласовывать не надо было. Назначил, и всё. Не было никаких «Фомсов», «Максов», страховых полисов. Принимали всех нуждающихся в стационарном лечении и не интересовались, с какого этот товарищ района, города или республики. Проверяющие были, а как же? Иногда из райкома партии приходили. Интересовались, как проведением политзанятий, состоянием наглядной агитации, художественной самодеятельности, народной дружины, ведением атеистической пропаганды. Раз в год заглядывали из контрольно-ревизионного управления. Но они никому не мешали, в основном были вопросы к бухгалтерии. В профкоме распределяли путевки в дома отдыха, санатории, раздавали подарки детям к Новому году, а на лето отправляли в пионерские лагеря. Организовывали походы в местные театры и театры столицы. Не забывали отправлять в колхоз на картошку и на овощную базу. Чуть не забыл, я ведь разок съездил с коллегами на три дня в Ригу, где знакомились с достопримечательностями столицы, побывали и в Домском соборе. Когда бы я еще позволил такое осуществить? Ну, не жизнь, а малина.

Никому и в голову не приходило, что специализация в других городах может быть за свой счет. Я, к примеру, был на специализации в Москве, Ярославле, в Роге, почему-то Кривом. Мои друзья ездили даже в мой родной Казахстан, и это было в порядке вещей.

Вместо того, чтобы сохранить лучшую в мире систему здравоохранения, а еще и по возможности улучшить, так нет, её стали «реформировать», «оптимизировать», «стимулировать», «совершенствовать».

Anamnesis vitae (История жизни).

А к чему мы еще должны были прийти, если у руля здравоохранения сначала была психиатр Татьяна Дмитриева, затем инженер-кибернетик, он же банкир, он же специалист по торгово-экономическим вопросам, он же руководитель пенсионного фонда, страховщик Зурабов, который перед тем, как стать послом на или в Украине, несколько лет рулил российским здравоохранением. Как вам такое послужной список? Чего вы ещё хотите после этого? Вот и размножились «Максы», «Фомсы», «Альфы» и не только государственные, но и частные. После Зурабова к штурвалу пригласили Татьяну Голикову. Если кто забыл, напомню: красивая блондинка, по совместительству жена вице-премьера В. Христенко. Экономист по призванию и образованию она лихо взялась за дело. Не врачи - предприниматели, а предприниматели – врачи повсюду пооткрывали уйму медицинских центров, аптек, лабораторий. В результате произошел мощный отток врачей и мед персонала из государственных учреждений. Теперь некому ухаживать за тяжелобольными. Рекомендуют нанимать за свой счет. Конечно, есть примеры, где уход идеальный и с больных не берут даже конфетку. К примеру, Чебоксары, куда я ездил за своим другом, которому по квоте заменили тазобедренный сустав. Там все идеально. Конвейер работает, как швейцарские часы. Поступил больной в назначенный день, тут же – операция. Обучение на тренажере, чтобы пациент смог забраться в вагон по ступенькам. При выписке больного передают сопровождающему под расписку. В Москве тоже много таких учреждений, но далеко не все. (Советую в моей прозе прочитать рассказ «Вросший ноготь»).

Вернемся к российскому здравоохранению. Мне кажется, если так дело будет продолжаться, то отпадет необходимость не только в государственных больницах, но и во врачах вообще. А зачем толкаться в очередях, записываться к узким специалистам на три месяца вперед, если все можно узнать в рекламе по телевизору и интернете. Я, к примеру, сажусь обедать в одно и то же время – так учили. Передо мной телевизор. Невольно слушаю и смотрю, а там рекламная пауза, где на экран выходят фигурки с табличками на груди «запор», за ним «диарея», потом «вздутие», «отрыжка», «тошнота» и так далее. После этого показывают, как у мужика текут сопли и посоветуют капли в нос, которые сразу избавят вас от этого недуга. За ним покажут в разных ракурсах грибок ногтей, затем варикозные вены и геморрой. Еще и советуют рекомендуемые лекарства требовать, понимаете ли, в аптеках. А в аптеку далеко ходить не надо. Они почти в каждом доме, а иногда и по две. И все рентабельны. Ну и правильно. Не зря Т. Голикова высказалась, что медицина должна быть рентабельной, а врачей или, точнее, людей, которые со скрипом завладели дипломом врача надо посылать на отработку за Урал, в Сибирь или на Дальний Восток. Ну и правильно, если рассуждать только об экономике. Спасибо Голиковой, что при ней все регионы закупили томографы и втюхали населению арбидол. Уж каким образом это сделали – другой вопрос. Пусть этим занимается счетная палата, которой, кстати, она и руководит сейчас. Я, когда писал о засилье рекламы лекарственных препаратов, вспомнил про Елену Малышеву и Геннадия Малахова, но писать про них не буду – просто противно.

Теперь о том, как кошмарят учреждения здравоохранения. Я не смогу вспомнить всех, кто по долгу службы этим занимается, назову лишь некоторые: эпиднадзор, министерство с огромным штатом сотрудников, пожарные, налоговики, энергетики, всякие инспекции, наркоконтроль, зелёные, народный фронт и так далее. И всем нужен отчёт, подсчёт, а для того, чтобы всё это исполнить, нужны люди. А для этого надо изучить нормативные документы, поступающие десятками ежедневно. А фантазий у этих контролирующих, надзирающих, проверяющих, карающих не занимать. Их интересуют, к примеру, сколько больных с язвой желудка всего на диспансерном учете, сколько из них мужчин, сколько женщин, сколько детей, сколько прооперированных, через год после обнаружения язвы, сколько сразу после обнаружения, сколько через два года, сколько не оперированных, затем, по возрастным группам: от 20 до 30 лет, сколько от 30 до 40, от 40 до 50, от 50 и старше. Дальше по возрастным категориям, опять, сколько этих, сколько тех, сколько матерей одиночек, сколько с одним ребенком, с двумя и так далее, до бесконечности. Я понимаю, статистика наука нужная и хорошая, но, не такая же. Такая статистика, порой, даже вредна. К примеру, возьмем любое хирургическое отделение на шестьдесят коек. Положено, чтобы койки не пустовали, то есть, надо выполнить план койко-дней, иначе могут сократить штат и финансирование, а чтобы такого не случилось, любой заведующий отделением старается даже перевыполнить план койко-дней на всякий случай. Дальше суммируют полученные данные и оказывается, что коечный фонд недостаточен. Открывают еще одно отделение и, как говорят, пошло и поехало. А перевыполнить план легко. Можно поставить дополнительные койки в палаты, можно приспособить койки в коридоре, можно задержать с выпиской, можно подольше обследовать до операции – способов много.

Я помню, как наша заведующая поликлиническим хирургическим отделением два месяца готовила годовой отчет. Так как она была воспитана в далекие времена и отличалась исключительной добросовестностью и честностью – этот отчет дался ей потом и кровью. Она целый день могла искать недостающую амбулаторную карту больного, обежав все кабинеты врачей в надежде найти её. Наконец отчет готов. Она отнесла его в вышестоящую инстанцию. Там глянули, сравнили с цифрами Смоленска и, убедившись, что в Смоленске показатели лучше, при ней зачеркнули итоговые цифры и мы стали передовыми. Не исключено, что и в Смоленске поступили также. Вот вам и статистика. Кому она такая нужна? У нас в поликлинике статистиком была участница Великой Отечественной войны Марья Макаровна и ее помощница Стволыгина. У Марьи Макаровны в регистратуре стоял небольшой стол и стул. В руках один журнал, авторучка и счёты. И справлялась же. Будучи мудрой, успевала давать советы и напутствия молодым, а к ней обращались многие. Сейчас в больнице уйма статистиков. У каждого компьютер, ксерокс, калькулятор. Ходят туда, сюда, с бумагами, журналами, все озабочены, озадачены и это понятно – попробуй перемолотить столько бумаг. А у главного в замах кого только нет, даже есть зам по связям с общественностью. И эти, как говорят, в мыле. А у самого главного, хоть он и молод, а от напряга давление, как в электросетях, аж 220 и 127. И ничего в этом удивительного нет.

Когда руль здравоохранения доверили Веронике Скворцовой, я обрадовался. Наконец догадались, что руководить этой отраслью должен врач. Как только она приступила к своим обязанностям, сразу показатели смертности снизились, рождаемость увеличилась, смертность от рака и сердечно-сосудистых заболеваний снизилась, продолжительность жизни увеличилась, диспансеризация наладилась и все свои доводы подтверждала цифрами. Товарищ, сидящий напротив, которому она докладывала, в знак одобрения, согласия и благодарности кивал головой. Я сам видел по телевизору, как «лучший» в мире экономист А. Кудрин докладывал о ситуации на рынке с гречкой. Это было года четыре назад. «Да, получилось так, - со скучным безразличием докладывал он, - гречка неделю назад стоила 28 рублей за килограмм, а сейчас стала стоить 72 рубля, то есть подорожала на 4%.». И ведь никто его не переспросил и не поправил – совсем как в старые добрые времена, когда мы по очереди читали политинформации. Можно было вместо 112 миллионов тонн зерна, сказать 112 миллиардов. Вместо 800 тысяч тонн молока – 800 миллионов тонн. И так, и так, сойдет.

Всю свою жизнь я отдал здравоохранению. И мне не стыдно признаться, что в достоверность цифр, изложенных В. Скворцовой, я не верю. Да и откуда может снизиться смертность, если в нашем городе сейчас по сравнению с восьмидесятым годом число захоронений в день выросло ровно в два раза, хотя население в городе не прибавилось. А если учесть, что многие приноровились хоронить в деревнях, а в интернете десятками ежедневно пестрят сообщения о пропаже взрослых, стариков и детей, то если и были какие-то сомнения, то они стали уверенностью. А сколько людей бесследно исчезают? И никто их не собирается искать, пока не будет заявления. Как говорят, нет тела – не дела. В подтверждение своей уверенности добавлю, что в России одна треть населения – пенсионеры, а 42% мужчин не доживают до пенсионного возраста, 32 тысячи погибают в автоавариях, только от отравления пестицидами – 20 тысяч, а от передозировки наркотиками в три раза больше. Такая ситуация, на мой взгляд, не только в недостаточном финансовом обеспечении. Я думаю, что немаловажную роль играет неуверенность в завтрашнем дне. Приведу пример: ученные проводили опыты с мышами. Брали мышь и помещали её в тазик с водой. Через 6 секунд она тонула и погибала. Такая же судьба ожидала и её собратьев. Затем опять помещали таких же мышей в ту же воду, в тот же тазик и вытаскивали через 4 секунды. На следующий день опыт повторяли, вытаскивали их через 6, 8, 10 секунд. В итоге мышки держались на воде целую минуту, а почему, я думаю, вы догадались. Так и человек. Много людей, в том числе и врачи, живут от зарплаты до зарплаты, от пенсии до пенсии. У них постоянно сомнения: задержат выплату – не задержат, повысят пенсионный возраст – не повысят, а может, и вообще отменят пенсию, как в Китае. И эта неуверенность не только у малоимущих. У богатых и даже сверхбогатых свои сомнения и тревоги: обанкротят – не обанкротят, сделают девальвацию или не сделают, ограбят – не ограбят, посадят – не посадят, кокнут – не кокнут и так далее.

Так что, слушая такие отчеты, надо еще и самому анализировать. Как говорят, «доверяй, но проверяй». Статистика – наука мудреная, главное, как преподнести её «труды и плоды». Помните, как Хрущев соревновался с Кеннеди на стометровке? Хрущев отстал на сорок метров, а сообщили так: «Хрущев прибежал вторым, а Кеннеди предпоследним». Вот и вся хитрость.

Теперь вернемся к диспансеризации. Как она может улучшиться, если к тем же узким специалистам, чтобы только записаться на прием, надо приходить к 6 утра и, если посчастливится, запишут на три месяца вперед. Так что делать больным, чтобы явиться на эту процедуру и не портить статистику своему доктору? Тоже в 6 утра подтягиваться? А если вообще в этом смысл? Я неоднократно был свидетелем, когда больные приходили ко мне на прием с полным комплектом собранных анализов и ЭКГ. В этих анализах зачастую обнаруживались свежие инфаркты миокарда, гной в моче и крайне низкий гемоглобин. Спрашиваю:

- Доктор то видел анализы?

-Да, она подклеила их, сказала, все анализы собраны и попросила прийти через 6 месяцев.

Вот и вся диспансеризация. Главное – отчитаться. Мой сосед по площадке, правда, это было лет 20 назад, с фронтовым ранением коленного сустава, получил открытку с приглашением явиться на прием к хирургу. Будучи человеком военным, явился. Доктор спросил: «На что жалуетесь?» На что тот ответил, что беспокоят боли в коленке. Доктор даже возмутился такой жалобе.

-А что же Вы хотите? Так и будет болеть!

-Я-то ничего не хочу. Вы пригласили – я явился, спросили – я ответил. Вот и всё.

Хорошо, что не поругались. Вот вам и вся диспансеризация. Можно было еще писать и писать о нашем здравоохранении: вспомнить совсем забытую, правда, нерентабельную санитарно-просветительскую службу, платную интернатуру, планируемую оценку профессионализма врача по накопленным баллам, которые можно накопить за 50 тысяч целковых, послушав лекции в Москве. А вот где взять такие суммы, когда у врача оклад 6200 – пояснений нет. Кто не наберет эти баллы, того планируют перевести в разряд стажеров, то есть стаж и имеющаяся категория не будет учитываться, и будет такой врач получать в месяц те же 6200. Кстати, совсем недавно, молодой толковый невролог устроился на работу в поликлинику, к которой я прикреплен. Отработал месяц, ему подали ведомость и посоветовали расписаться. Он глянул, и в недоумении хотел уточнить, что означает цифра 6200. Узнав, что это его зарплата, собрал свои пожитки и отбыл из России. Куда бы Вы подумали? Нет, неправильно – в Солнечногорск, в Подмосковье. А что ему оставалось делать? Может быть он не хочет садиться на шею родителей. Может быть у них шея тоже тонкая, и, не исключено, что они тоже врачи.


Лечение.

Если коротко, то систему здравоохранения семидесятых – восьмидесятых годов взять за основу и подкорректировать с учетом прогресса в медицинской науке и технике.

Диагноз.

Хроническая системная деградация здравоохранения.
Наверх
Сайт
Masterov
Чт ноя 07 2019, 06:59

ID пользователя #441
Зарегистрирован: Сб янв 19 2013, 01:39
Сообщений: 1911
Мамцис. Писатель. Врач
Станислав Мастеров
Умер Эдуард в 78 лет. 7 апреля 1941-4 ноября 2019 Ссылки на ПК. Пишу о нм воспоминания делаю медицинский гороскоп смерти.
Наверх
Сайт
Masterov
Чт ноя 07 2019, 07:10

ID пользователя #441
Зарегистрирован: Сб янв 19 2013, 01:39
Сообщений: 1911
‎ВОЛНА ЛЮБВИ - пробуждающие медитации в помощь вознесения Матери Земли‎ en ВОЛНА ЛЮБВИ
1 h ·
УМИРАНИЕ ЛИЧНОСТИ, РОЖДЕНИЕ МАГА
РАНО ИЛИ ПОЗДНО, КАЖДЫЙ КТО СТОИТ НА ПУТИ ЗНАНИЯ СТОЛКНЕТСЯ С ОЩУЩЕНИЕМ, СЛОВНО ОН УМИРАЕТ…
ОН БУДЕТ УМИРАТЬ НЕ ТЕЛОМ, НО ЛИЧНОСТЬЮ. ЭТО СОСТОЯНИЕ МОЖЕТ БЫТЬ ХАРАКТЕРНО — АПАТИЕЙ, БЕЗЫСХОДНОСТЬЮ, ПОДНЯТИЕМ НА ПОВЕРХНОСТЬ ВНУТРЕННИХ БЛОКОВ, БЕЗВЫХОДНОСТЬЮ, БЕССМЫСЛЕННОСТЬЮ СУЩЕСТВОВАНИЯ ВООБЩЕ. ВСЕ БУДЕТ КАЗАТЬСЯ НЕ НУЖНЫМ. НЕЗНАЧИТЕЛЬНЫМ. БЕССМЫСЛЕННЫМ. СИЛ МАЛО, ЖЕЛАНИЙ НЕТ…
НЕ НУЖНО ПУГАТЬСЯ ТАКИХ СОСТОЯНИЙ, – НУЖНО НАБЛЮДАТЬ ЗА НИМИ. В ЭТОТ МОМЕНТ, ЧТО-ТО БОЛЕЕ ИСТИННОЕ В НАС ТРЕБУЕТ ВЫХОДА НА ПОВЕРХНОСТЬ. СОСТОЯНИЕ КОНФЛИКТА МЕЖДУ СТАРЫМИ АРХАИЧНЫМИ УСТАНОВКАМИ В НАС, И ЭТИМ ВНУТРЕННИМ «НОВЫМ» И СОСТАВЛЯЕТ ОЩУЩЕНИЕ УМИРАНИЯ. ТАКОЙ ПЕРИОД МОЖНО НАЗВАТЬ «УМИРАНИЕ ЛИЧНОСТИ, РОЖДЕНИЕ МАГА». ЭТО СМЕНА УРОВНЯ СОЗНАНИЯ.
ВЫ ВЫХОДИТЕ НА НОВЫЙ, БОЛЕЕ «ВЫСОКИЙ» УРОВЕНЬ.
ВО ПЕРВЫХ-ПОЗВОЛЬТЕ ЭТОМУ СОСТОЯНИЮ БЫТЬ. НЕ УБЕГАЙТЕ ОТ НЕГО. НЕ ТРАТЬТЕ ДРАГОЦЕННУЮ ЭНЕРГИЮ НА ПОБЕГ. В ДАННОМ СЛУЧАЕ ОНА ЕСТЬ ТОЛЬКО НА НУЖНЫЕ ВЕЩИ-МЕДИТАЦИЯ, ТИШИНА, СОН, ЕДА. ПОСТАРАЙТЕСЬ, ЕСЛИ ВЫ РАБОТАЕТЕ-МАКСИМАЛЬНО СНИЗИТЬ КРУГ ОБЩЕНИЯ. В ТАКОЕ ВРЕМЯ И РАЗГОВАРИВАТЬ НЕ ХОЧЕТСЯ. ОСОБЕННО ЧЕТКО СТАНОВЯТСЯ СЛЫШНЫ ГЛУПОСТЬ БЕССМЫСЛЕННЫХ РАЗГОВОРОВ, ОБСУЖДЕНИЙ. КРАЙНЕ РЕЖЕТ СЛУХ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ НЕСОВЕРШЕНСТВО — КАК ЧУЖОЕ ТАК И СВОЕ.
ЧЕМ БОЛЬШЕ ВЫ ОТДАДИТЕСЬ ЭТОМУ СОСТОЯНИЮ-ТЕМ ЛЕГЧЕ ОНО ПРОЙДЕТ, И ТЕМ БЫСТРЕЕ ОСОЗНАНИЕ ЧЕГО ТО ВАЖНОГО И НОВОГО ДЛЯ ВАС ПРИДЕТ К ВАМ. БЕССМЫСЛЕННОСТЬ, АПАТИЯ — ПОКАЗЫВАЮТ НАМ ОСВОБОЖДЕНИЕ ОТ ИЛЛЮЗИЙ. ОТ СТАРЫХ ПРИВЫЧЕК, ОТ ВСЕГО ХЛАМА, КОТОРЫЙ ЖИЛ У НАС В ГОЛОВЕ И ДУШЕ. ПОЗВОЛЬТЕ ЭТОМУ ХЛАМУ ВЫЙТИ.
ПЕЙТЕ ПОБОЛЬШЕ ВОДЫ. НЕ НАЕДАЙТЕСЬ, ДУМАЯ ЧТО У ВАС ХАНДРА И МОЖНО ПОЗВОЛИТЬ СЕБЕ ВКУСНЕНЬКОГО. НЕ ЖАЛЕЙТЕ СЕБЯ. УСТРАНИТЕ ТО ЧТО ЗАСТАВЛЯЕТ ВАС ТЕРЯТЬ ЭНЕРГИЮ, И ОСТАВЬТЕ ТОЛЬКО ТО, ЧТО ПОМОГАЕТ ОСОЗНАНИЮ.
СЛУШАЙТЕ ПОДСКАЗКИ ИНТУИЦИИ И ДЕЙСТВУЙТЕ ИСХОДЯ ИЗ НИХ. НЕ СТОИТ ДЕЙСТВОВАТЬ ИСХОДЯ ИЗ «НАДО!», «ТЫ ОБЯЗАН», «ВСЕ ВОН ЖИВУТ НОРМАЛЬНО, А ТЫ …». ЭТО КАК РАЗ ТО, ЧТО УБЬЕТ ОСОЗНАНИЕ И ЗАГОНИТ ВАС В ХАНДРУ, ИЛИ ЕЩЕ ХУЖЕ-В ДЕПРЕССИЮ.
НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ НЕ ОСТАВЛЯЙТЕ ПРАКТИКИ МЕДИТАЦИИ ИЛИ ОЧИЩЕНИЯ. НО ПРИСЛУШАЙТЕСЬ К СЕБЕ-ЧЕГО ИМЕННО ТРЕБУЕТ ДУША. МОЖЕТ БЫТЬ ОНА ТРЕБУЕТ ОТКРЫТЬ КНИГУ ДЗОГЧЕН ИЛИ ДЗЕН, МОЖЕТ БЫТЬ ОНА ТРЕБУЕТ ВЫКЛЮЧИТЬ СВЕТ И ТАНЦЕВАТЬ, МОЖЕТ БЫТЬ ОНА ТРЕБУЕТ СИДЕТЬ ЧАСАМИ НА ЛАВОЧКЕ, НАБЛЮДАЯ ПРИРОДУ.
БУДЬТЕ ГИБКИМИ, ЧТОБЫ УСЛЫШАТЬ ПРАВИЛЬНЫЙ ПУТЬ. НЕ ВПАДАЙТЕ В ПАНИКУ ОТ ЭТОГО СОСТОЯНИЯ. НЕ ДУМАЙТЕ ЧТО ВЫ ЗАБЛУДИЛИСЬ. НАБЛЮДАЙТЕ ЗА НИМ. БУДЬТЕ В НЕМ. И ТОГДА ВЫ СМОЖЕТЕ УСЛЫШАТЬ НАСТОЯЩЕЕ ТРЕБОВАНИЕ ДУШИ, КОТОРОЕ, ПОДНИМАЯСЬ НА ПОВЕРХНОСТЬ — ЗНАМЕНУЕТ ПРИХОД НОВОГО Я.
КЛЮЧИ К БЕСКОНЕЧНОСТИ
ТАТЬЯНА КАЙГОРОДОВА
Наверх
Сайт
Masterov
Сб ноя 30 2019, 02:17

ID пользователя #441
Зарегистрирован: Сб янв 19 2013, 01:39
Сообщений: 1911
https://www.proza.ru/2015/01/11/1089
О святом МАМА
Мамцис Эдуард


Понимаю, рано мне браться за самое святое, но что поделаешь - надо учитывать возраст, скоро 66, надо успеть. Конечно, я не обладаю эпистолярным талантом описательства, но, думаю, читатель меня простит, а, может быть и домыслит, ведь у каждого есть своя мама. Когда я был совсем маленьким, меня часто спрашивали: кого больше любишь – папу или маму? Я отвечал: одинаково. Но мама в памяти осталась как-то ближе, не знаю почему, то ли с ней больше общался (папа то на работе, то в командировке), вобщем, больше повествования будет о ней. Да и отец меня простит, ведь он всегда внушал нам: мама – иголочка, а мы – ниточка, куда иголочка, туда и мы, посылал не к матери, как бывает, а к маме, мол, как она скажет. То, что она была красивая, это ее не отличало от других мам - некрасивых мам не бывает, а вот то, что она была мудрая, образованная, несмотря на 8 классов – это да.
Вроде бы, родом из села, в 22 года родила сына, свое хозяйство, никаких коммунальных удобств, и когда только успела приобрести глубокие познания в искусстве, литературе, живописи, истории, политике, религии, музыке. Вобщем, ходячая энциклопедия. Кстати, на фортепиано она училась не у кого-нибудь, а у самого Столярского.
Детей было трое. Первым в 37-м году на свет появился брат, затем сестра, а за два месяца до войны автор - этих строк. Дальше - под бомбежками эвакуация в Казахстан, неустроенность, нищета: один плачет, другой мокрый, третьего кормить пора. Да что там рассказывать – картина известная. Все это давно позади. Все, к счастью, живы, здоровы, всем дала высшее образование и, несмотря на это, всем нам троим до ее уровня ох, как далеко. Единственное, пожалуй, от чего мама была свободна, так это от

нашей учебы в школе, не касалась вообще и, как видите, не ошиблась. Помню я себя, как говорят, с 46 года, когда после эвакуации мы приехали в Калинин. Опять никаких удобств – пятеро в небольшой двухкомнатной квартире в полуаварийном флигеле: две печки – одна голландка, другая – на кухне с плитой, стирка, полоскание на Волге с мостика за 500 метров, заготовка дров, сена, огород, за водой с коромыслом за 200 метров. Да что там говорить, так жило большинство, да и сейчас подобная картина сплошь и рядом.
Несмотря на множество забот, прекрасно и красиво готовила: то бульон с клецками, то жаркое со сливами, то рыбу нафарширует, то шейку заправит, то блинчики, то печенье с маком и корицей, а на Выборы какие булочки с ванилью пекла – до сих пор их люблю. Кстати, к Выборам тогда готовились как к великому празднику: и полы голичком натрет, и потолки побелит – такая идеология была, хоть и кандидат-то был один, это сейчас …
А про варенье-то чуть не забыл. Какая вкуснятина, особенно вишневое без косточек. Мы все с помощью булавки умели вытаскивать эти косточки, а вареники с творогом, а еще лучше с той же вишней, даже сейчас слюнки текут. А разве можно забыть, как мама варила варенье, как мы ждали пенки, как мы ждали, пока она не закончит разливать по банкам, а вдруг не влезет, вдруг останется, тогда – ура! Банки закрывали вощеной бумагой, закручивали суровой ниткой и … под кровать. Так разве утерпишь? Бывало, залезу под кровать, там же размотаю нитки и понемногу с каждой банки. Мама заметит и не к брату, не к сестре, а сразу ко мне. Не варенья было ей жалко, конечно нет, ругала за то, что украдкой, да со всех банок. Вот написал, что готовила хорошо, ведь не все еще поймут, что для этого надо было сначала достать муку, хлеб, съездить в Москву за крупой, макаронами. Надо уточнить, что стоять в очереди за хлебом и мукой – это была моя обязанность. Однажды послала мама меня за хлебом – соседи передали, что на Мусоргского дают, но очередь – человек двести, часа на два. Через

двадцать минут приношу целую буханку. Как так? – не поверила она своим глазам. Я признался, что в очереди не стоял, зашел в столовую рядом с магазином, подсел к дяденькам и попросил заказать побольше хлеба, вот и все – тогда еще соображалка работала. Может быть поэтому мама больше делилась своими мыслями со мной, доверяла, знала, что не подведу, а ведь тогда мысли вслух, ох, как карались, можно было загреметь под фанфары и надолго, если даже не навсегда. Разве можно было тогда говорить, что Маркс в своем “Капитале‘‘ писал: “Любой неоплаченный труд – есть эксплуатация‘‘, а Ленин – “Лотерея есть не прикрытая форма грабежа”, да и сам этот Ленин вовсе не дедушка, не такой уж он гигант, чтоб в пятьдесят четыре быть дедушкой, ведь похоронили-то его, ну, не похоронили, конечно, а умер-то он в пятьдесят четыре. Да и как он мог любить детей, когда у самого не было оных. Не мог же генерал Белобородов без его ведома расстрелять четырнадцатилетнего ребенка. Разве не Ленин разделил народ на белых и красных, а потом из Финляндии писал: “Бейтесь до последней капли кгови“. А белые? Разве они не были настоящими патриотами России? Да, много чем она делилась со мной. До сих пор помню, теперь, конечно, это не секрет, все знают. Что-то увлекся этим Лениным, черт с ним, его уже многие не знают, особенно молодежь: одни говорят – артист, другие – какой-то спортсмен, третьи считают, что известный певец, путают с Леноном. Лучше ближе к теме.
В мою обязанность входило еще ходить с мамой на базар. Помню, как она тащила целый бидон молока обратно – жирностью не вышло, подкрасили его чем-то розовым, то ли марганцовкой, то ли еще чем, вобщем, пришлось скормить все теленку и корове. А теленка на кухне держали недели две, не меньше. Помню, после бессонных ночей принесет его маленького, худенького, мокрого, с большими глазами, теплым шершавым языком, ножки тонкие, только привстанет – и падает на передние коленки. Такое впечатление, что стыдно ему, вроде бы хочет доказать: я уже большой. Мы

дружили как дружат дети. Я хотел, чтоб он так и оставался маленьким, уговаривал маму: пусть еще побудет в тепле, он, мол, совсем не мешает. Но, всему свое время, пора отводить в сарай, ведь у него своя мама, пора привыкать к самостоятельной жизни.
Вот в Москву мама меня не брала. Приблизительно раз в год ездила туда к какой-то яйце-птице, что за яйце - птица до сих пор не знаю, не интересовался. Может, фамилия была Гусев или Курицын, знал только, что это была семья какого-то дипломата. Мама у них брала рубашки, брюки, жилетки, пуловеры – и все по рублю за штуку. Вот рубашки помню хорошо, во-первых, много, во-вторых – в отличном состоянии. Только вот манжеты и воротнички протерты, а так … как будто с прилавка. Мама лихо отпарывала воротничок, переворачивала, манжеты подогнет и … щеголяй, говорит, милок. И, что интересно: рубашки эти как на меня шили, хоть я в 10-12 лет не был великаном, а впору. Может и дипломат был невелик, только почему все воротнички протерты? Или у него голова вертелась на 3600 как флюгер, или кожа на шее, как наждачка, или, если быть точнее, язык у коровы, может он сам донашивал их от вышестоящих, а может все дипломаты сдавали ему эти рубашки – хобби такое, черт его знает. Давно не видел протертые воротнички.
Хотел бы рассказать еще одну историю. Этот день запомнился на всю жизнь. Середина августа 1948-го, на улице невыносимая духота, градусов 35, не меньше. Вдруг резко похолодало, буквально в считанные минуты, закружил ветер. Несмотря на полдень, резко стало темнеть. С востока неумолимо, хоть и медленно, надвигались плотные, тяжелые, свинцовые тучи. Тогда я не знал, что такое конец света, но чувствовал приближение какой-то беды. А корова-то, вспомнил я. Забежал домой, открыл диван, достал шапку-ушанку, кирзовые сапожки, фуфайку и бегом на Соминку. Только загнал буренку в сарай, и сразу град с куриное яйцо. Помню, у


соседей крыши пробило, стекла на окнах, короче – бедствие. Прибежала мама, увидела меня:
- Что с коровой?
- Привел, в сарае.
- Ох, ты, мужичок мой.
И поцеловала. До сих пор помню слезинки радости на щеках.
Да, жаль, что не ценил тогда это прекрасное время, мало пожил рядом с любимой, уехал в Кустанай на самостоятельные хлеба. Армия, институт и только в 73-м вернулся домой. В 70-м трагически погиб отец. Но мама не осталась одинокой. У сестры тоже было трое детей. И, несмотря на достаток, благоустроенность, никак не могла справиться самостоятельно, все легло на плечи мамы или точнее, бабушки. Жаль, недолго мне довелось пожить рядом с мамой. В 79-м, как выразился Шукшин, « постучала костлявая: вы не забыли про меня? ».
Мне, в то время уже достаточно взрослому, да еще хирургу, очень трудно было сознавать свое бессилие, тяжело было смотреть, как силы покидают самого близкого мне человека, как она, буквально, тает на глазах. Еще тяжелее было говорить ей неправду, не показывать истинного своего настроения, успокаивать, убеждать, что все будет хорошо, скоро пойдет на поправку. Она соглашалась со мной и для убедительности строила планы на будущее. Поправлюсь, говорила она, поедем на свадьбу к племяннице в Винницу, купим самовар в подарок, навестим бабушку с дедушкой, поклонимся их праху. Я догадывался, что и она говорила неправду, чтоб я не переживал. Боже, сколько благородства было в этом человеке, сколько мудрости и выдержки.
Ну почему мир бывает так несправедлив? И было-то всего 64. Мне порой бывает даже стыдно, ведь пережил на год маму, разве это справедливо? Но… ничего уже не изменить, видно Богу тоже нужны хорошие люди.
Наверх
Сайт
Переход на страницу   <<      
Модераторы: inkaz, IvM

Перейти:     Наверх

Транслировать сообщения этой темы: rss 0.92 Транслировать сообщения этой темы: rss 2.0 Транслировать сообщения этой темы: RDF
Powered by e107 Forum System